LOUIS GONRO |
СКРОМНЫЙ ДЕМИУРГ

•Местное божество и милый талисман форума. Графист.

Связь
dis: Yuan#4612
DAPHNE WRYNN |
РЫЖАЯ ХУРМА

• Обращаться по организационным вопросам, анкетам и рекламе.

Связь
skype: live:passtorall
ARES REDGRAVE |
СТАРЫЙ ЖМЫХ

• Местный техник. Обращаться по способностям и кодам.

Связь
dis: David Hasselhoff#4918
MARTIN HANSEL
СЕКРЕТАРИАТ

• Все вопросы по местностям и локациям к этому чуду.

Связь
dis: Üü#6896

21+

ПРАВИЛА ПРОЕКТА ДЕНЕЖНАЯ СИСТЕМА БЮРО ИНФОРМАЦИИ СПИСОК ЗАНЯТЫХ ВНЕШНОСТЕЙ F.A.Q. ЛОКАЦИИ ГОРОДА ЛОКАЦИИ МИРА СПОСОБНОСТИ МЭРИЯ
Время в игре: июль 3515 года.
«Эйл» — территория стимпанка с характерным фабрично-городским пейзажем и резким социальным расслоением. Здесь вы не встретите современной техники, интернетов, социальных сетей и средств связи, зато в нашем мире есть место магии и волшебству. Все рамки и границы стерты, в этом мире возможно абсолютно все, любая ваша фантазия может воплотиться в реальность. Стоит только приложить немного усилий и каждый из вас может открыть новую страницу в истории Эйла.

nevermind

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » nevermind » Бюро несбывшихся дел » Звук в ночи


Звук в ночи

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

ЗВУК В НОЧИ
***
Магистр дьявольского культа | Mo Dao Zu Shi
Lan Zishui | Lan Xichen

http://forumfiles.ru/uploads/001a/10/f3/4/980195.jpg
Нарушая правила можно наткнуться на очередных нарушителей в числе которых может оказаться и сам глава Ордена Гусу Лань.[nick]Lan ZiShui[/nick][icon]http://s9.uploads.ru/O2tfH.jpg[/icon]

0

2

Ночь самое прекрасное время суток, люди ложатся спать, или еще сидят при свете ламп и домики со стороны будто игрушечные светятся теплым светом, а над ними сверкают холодные звезды. Ими бы тоже можно было залюбоваться, но сияющая во тьме невысокая фигура в белых одеяниях, бодро шествовало в сторону леса и была рада и тому, что их света достаточно чтобы не навернуться в его потемках.

На самом деле, такому юному молодому господину, давно должно было видеть десятый сон, но услышанная на днях новость о разгулявшейся в округе нечисти, если верить всё тем же слухам, какая-то «навка», настолько взволновала его, что в буквальном смысле лишила сна и покоя, и молодая горячая кровь желала приключений. Как и любому мальчишке его возраста - хотелось веселой игры, шалости, немного какого-то безрассудства, побыть великим и сильным героем победившего злобное чудовище и тем самым спасшим прекрасную деву. Подобное поведение и даже мысли сказанные вслух осуждались в его ордене, где правила стоят выше всего. Но он подумал так, если никто не узнает, и он вернется до подъема, то только небо и звезды будут свидетелями его ослушания. Обычно на такие вылазки, Лань Юань ходил со своим лучшим другом, но не все бывает «как обычно».

Одному не было страшно. Совсем. Ну… разве что, самую малость.
Но настоящий заклинатель не должен бояться, ни мертвецов - праздно шатающихся, бывающих порой довольно безвредных, но с полусгнившей плотью кусками отваливающейся от костей, обнажающих все слои человеческого нутра - ни монстров всех размеров и форм, ни духов, ни призраков и прочего ужаса, который можно встретить в мире.

Порой самыми страшными монстрами оказываются, самые обычные люди. А самая страшная тьма, та, что живет в людских сердцах. Но этому, маленькому Лань Юаню, еще даже не обретшему своего второго имени, только предстоит научиться. Сейчас он искренне верил, что надо слушать очень и очень внимательно тишину, чтобы быть готовым к неожиданным чудовищам, притаившимся под каким-нибудь кустом или в пещере. А еще крепко держать меч в руках. И заклинания он помни. Все должно пройти без сучка и задоринки. Он ведь уже не первый раз на охоте и уже кормил черной кровью свой меч.

Лес был привычно тих. Даже его ночных жителей, наполняющих тишину шорохами в траве, поющими свои трели сверчков и ухающих сов, было совсем немного. Про обычную живность, которая может быть так же опасна, мальчишка помнил, но надеялся, что не придется драться, к примеру, с теми же волками – красивые это звери, даром что хищники. Сколько времени он вот так бродил по лесу, Юань бы не стал утверждать, в какой-то момент он даже зажег талисман и достал компас зла в попытке самому выйти на нечисть, коль она такая скромная и стесняется показываться на глаза молодому господину из Гу Су Лань. Но в итоге с помощью него вышел туда, где послышались иные звуки, они не были совсем уж чужеродными природе, скорее они были искусственного происхождения.
Музыка. Где-то вдалеке звучала прекрасная композиция, которую А-Юань не знал. Дуэт сяо и гуциня. Он как-то раз слушал, как Ханьгуан-цзюнь играл со своим братом, но это была так давно, что впору забыть, единственная разница, это исполнение партии циня, у его названного отца он был на порядок выше. Вот только, они ведь никак не могли оказаться здесь и сейчас ровно тогда, когда он решил пойти на маленькое нарушение правил – покидать Облачные Глубины после отбоя, плюс отправлять на ночную охоту одному, и, ко всему прочему, никого не предупредив.
Как на веревочке, юное дарование шло на звук, чисто чтобы удостовериться, что это не какой-нибудь демон, иллюзией заманивающий путников в свои лапы, ведь тогда надо будет действительно уносить ноги и рассказывать о месте его нахождении. Нет-нет, он бы не за что не вступил в схватку с противником превосходящего его собственные силы, это надо быть настоящим самоубийцей. Вот, если бы от этого зависела жизнь – возможно. А так… Нет.

«Благоразумие и здравый смысл, а не отвага и слабоумие»

В какой конкретно момент, стрелка на компасе начала вертеться как проклятая, еще совсем зеленый заклинатель не заметил, слишком увлеченный новой мелодией, и лишь благодаря чуткому слуху музыканта – обратил-таки внимание на его тихий, еле слышный треск. А дальше все произошло слишком быстро, что в сознании отпечатался мир перед глазами, когда он в последний момент успел подпрыгнуть, уйдя от атаки. Перевернувшись в воздухе, он достал сразу несколько талисманов и запустить их в темную тень, выше его самого в два собственных роста, наполненную энергией Инь, почувствовав землю ногами, мгновенно направил в ее сторону меч в надежде отсечь ей как минимум ногу, или то чем оно бороздило землю. Меч словно игрушечный отскочил от существа, как от глухой стены мячик, и с глухим стуком упал на траву.
Талисман давно погас и хорошо рассмотреть с кем он столкнулась было очень сложно, но кем бы он ни был, по спине пробежал липкий холодок, а по виску каплей ужаса холодный пот. Страшно. Тело предательски замирает, словно он кролик перед удавом, но он ведь заклинатель, он уже совсем взрослый муж и бояться стыдно и просто не имеет права, если хочет, чтобы им гордился Ханьгуан-цзюнь.
Но для начала, все же следовало взять и для начала покинуть поле боя и остаться при этом живым, и желательно целым.

Со свистом меч рассек воздух и вернулся в ладонь, крепко сжавшую рукоять и с низкого старта дал деру в обратном направлении, дальше, еще дальше на негнущихся ногах и не разбирая дороги. Это действительно оказалась «навка», быстрее и агрессивнее, чем он предполагал ранее из рассказов словоохотливых жителей.
Удар в грудь оказался огромной неожиданностью, заставивший пролететь несколько метров вперед и встретиться со стволом дерева, выбившим из него весь дух, но не сломившим волю. Чтобы выжить, нужно было атаковать самому, и хотя бы прилепить талисман замедления и поступить для данной ситуации правильно – спрятаться. По шее что-то потекло, вязкое, противное, в глазах мелькали звезды, но юань отчаянно бился с чем-то похожим на ящерицу-переростка, пока очередной удар не выбил меч, улетевший в сторону, туда, где еще звучала недавно музыка, но сейчас из-за шума в ушах точно не мог определить, есть она или уже нет. Попытка заблокировать третий удар – хруст, похоже выбито плечо – и молодой заклинатель из Облачных Глубин летит в сторону своего же оружия, он готовиться к удару. А в голове бьется глупая мысль:

«Надо было лучше готовиться»
[nick]Lan ZiShui[/nick][icon]http://s9.uploads.ru/O2tfH.jpg[/icon]

0

3

Духовная сила, льющаяся в звучащую сяо, идёт из самого сердца, поднимаясь из груди вместе с потоком воздуха. Это чувство совсем иное, чем вложение силы в звук гуциня — Лань Хуаню знакомы оба, и оба важны. Когда струн касаются кончики пальцев, ты будто передаёшь им силу, и через движение струн лепишь мир, будто из глины, сдвигаешь его ткань, воздействуя на него прямо. Когда же выдыхаешь силу в сяо, открываешь миру голос собственного сердца. Ты можешь передать сквозь её тягучий звук свои чувства, ничего вокруг себя не изменив, выдать их, как бьющееся в ладонях сердце. Тот, кто желает, примет их, услышит и позволит им повлиять. Того, кто закрыт, они едва ли смогут коснуться.

Лань Си Чэнь, наполняя духовной силой молочно-белую Ле Бин, светящуюся искрами от этой силы, не просто открывал сердце, он заполнял этим голосом мир вокруг себя, пропитывал им пространство, меняя его неумолимо.

Песня, звучавшая голосом Ле Бин, обладала силой погружать в оцепенение и поднимать на битву, не чувствуя смертельной усталости, она лечила раны и пронзала небьющиеся сердца мертвецов серебряным копьём. Но этой ночью голос Ле Бин звучал под тёмным сводом ночного леса мягко, почти осторожно. Он не торопился, увлекаясь, и не переходил в кульминацию, виток за витком развивая плавную мелодию. То грустная, рассказывающая о старых историях, то светлая, будто тени праздника, то искрящаяся нотами смеха, она менялась неуловимо, но явно. Лань Хуань поднял голову, задерживаясь на долгой ноте, и улыбнулся глазами, ловя взгляд сидящего напротив него заклинателя. Лишь краткое, замершее мгновение, и сяо подхватила звуки гуциня, утягивая в новый эпизод бесконечной истории.

Лес вокруг них был тихим, не тревожимым ни животными, ни птицами. Никто не стал бы беспокоить звучащую Ле Бин — белый клинок Шуо Юэ был тому ещё одним зароком. Порождаемые духовной силой, льющейся сквозь флейту, вокруг Лань Си Чэня, освещая лесную поляну, медленно расплывались бело-золотые огоньки света. Они опускались на землю, подсвечивая узкие стрелки травы, прятались под листьями, парили в воздухе, неторопливо, вслед за изменчивой мелодией, складываясь в смутные образы. Лань Си Чэнь улыбался, ловя их взглядом, и снова смотрел на человека напротив.

Когда ночная тишина, наполненная только голосом двух инструментов, прервалась ещё одним, едва слышным, но ощутимым для Лань Си Чэня звуком, его взгляд изменился сразу — но уверенный голос Ле Бин стих плавно, завершив мелодию устойчивой нотой, осевшей на траву, будто последний светлячок. В наступившей пустоте казалось, что едва слышный напряжённый звон исходит от не спешащих рассеяться огоньков света — и всё же это было не так. Это был звук вибрирующего в ножнах клинка — Шуо Юэ предупреждал о появлении тёмной энергии на расстоянии, ясно для него ощутимом.

— Я не ожидал подобного, — негромко и совершенно спокойно проговорил Лань Хуань, опуская от губ сяо и касаясь пальцами тихо звенящего меча. Что бы это ни было, оно приближалось, но глава Гу Су Лань не спешил подняться на ноги, в его тёмных глазах, отражавших золотистые искры света, не было ни тени беспокойства.

Лань Хуань обернулся и поднялся лишь тогда, когда чуткий слух заклинателя уловил первый звук боя — звук, с которым остриё меча чиркает по слишком плотной для него чешуе. И всё же он не спешил двигаться, своим спокойствием без слов передавая своему спутнику предложение не вмешиваться до поры — что бы ни появилось этой тихой ночью в этом лесу, оно было чьей-то добычей. Если только сражение окажется не в пользу неизвестного пока заклинателя, Цзэ У Цзюнь считал тактичным вмешаться. Ему не нужна была чужая добыча — ровно в той же степени, что чужая смерть. И всё же хмуриться заставило его то, что духовная сила сражавшегося всё ближе, ощущалась заметно слабее энергии встретившейся ему твари.

— Вероятно, кому-то нужна будет помощь, — Лань Си Чэнь обернулся к Цзинь Гуан Яо, без слов задавая вопрос, но мгновение спустя воздух рассёк шорох меча — Лань Си Чэнь шагнул в сторону быстро, точным движением перехватывая рукоять — и вздрогнул, не скрывая поражённого изумления. Меч в его руках был ему знаком — и его владелец никак не должен был сейчас быть здесь. Ещё мгновение, и Лань Хуань начал бы действовать, но, прежде, чем это случилось, из темноты показался силуэт отброшенного ударом навки Лань Юаня.

Лань Си Чэнь не колебался, вставая на его пути и ловя, обхватив лёгкое тело рукой, в которой всё ещё оставалась Ле Бин. Пойманный меч он перевернул в ладони остриём вперёд и приподнял, глядя в темноту — секунду спустя большая тень подобного ящеру создания бросилась на них, вступая в так и не погасшее озеро светлых огоньков. Лань Хуань прянул в сторону с линии атаки и обернулся к Цзинь Гуан Яо.

— Прикроешь? — он сделал ещё шаг назад, опуская встревоженный взгляд на юного адепта и опуская его ногами в светящуюся траву, продолжив, тем не менее, поддерживать. — А-Юань, ты ранен?

0

4

Глубокий и мягкий звук гуциня плавно сливаясь с звенящим и ярким звуком сяо прорезал туманный ночной воздух, словно шёлковое полотно.

Они часто играли в подобных уединённых местах, так как это никому не мешало и приносило успокоение не только исполнителям, но и окружающему миру. Рука мягко дрожала под вибрирующими струнами, но Яо не сдаваясь следовал за мелодией, будто бы сам, вместе с музыкой растворялся в этом ночном воздухе. Вдыхал свободу полной грудью, наслаждаясь ей в полной мере и отдаваясь её неторопливому течению.

Ночь являлась тем временем суток, когда твари скрывающиеся среди сумерек выползали на лунный свет, движимые желанием наполниться его волшебной силой, но он чувствовал себя полностью защищённым. Рядом со своим спутником и учителем он не мог позволить себе испытывать ни толики страха или беспокойства.

В такие моменты он не переживал о прошлом и не думал о будущем, потому что настоящее казалось настолько прекрасным и осязаемым, словно кроме долгих глубоких звуков для него не существовало ничего вокруг.

О думал о покойной матери и о тех моментах, когда она, запертая в душной тесной комнате борделя, превращала её в цветущий сад или даже в целый лес, наполненный магической энергией музыки. О мире, где совсем не нужны слова, чтобы беседовать с человеком, что был дорог его сердцу ни чуть не меньше чем эта хрупкая женщина, что подарила ему жизнь.

Он чувствовал в себе часть её образа и ушамао на его голове теперь искрящееся золотом под блеклыми лучами лунного света, лишь заставляло его преисполняться гордостью за собственный путь. Он здесь и сейчас живёт и несёт в мир только доброе и вечное, то в чём сокрыто гораздо больше смыслов, чем он когда-либо мог вообразить.

Его игра всё ещё не достаточно уверенная и стройная, уже звучит ярче, чем когда-либо до этого и понимать это он начал лишь совсем недавно, с тех самых пор когда они с Цузе У Цзюнем оставались наедине в тишине ночного тумана в котором их мелодии перекликались, спорили и дополняли друг друга, сливаясь в итоге в прекрасную песню успокоения.

На звон клинка Лань Хуаня, дрогнувшего в ножнах, тут же ответил вибрацией и Хен Шен на его поясе и его пальцы на мгновение замери над струнами, позволяя прислушаться к ночной тишине. Где-то недалеко и правда слышалось движение и звон меча, ударяющегося от деревья.

Яо повернул голову, всматриваясь в темноту и поднялся на ноги, лишь после того, как последняя нота Ле Бин стихла и одежды Лань Си Ченя ответили едва уловимым шорохом.

На поляну вихрем от удара тут же выбросило невысокую фигуру в белых одежах и без труда узнав в них одежды адепта ордена Гу Су Лань, Яо тут же сделал шаг вперёд.

— Я займусь этим, — хмуря брови, но всё так же мягко улыбаясь сказал он, делая несколько быстрых шагов и одним движением вытягивая из рукавов тонкие золотые струны. На поляне, глубоко взрывая когтистыми лапами землю, появилась навка. Её золотисто-зелёная чешуя и пылающие огнём ярости глаза светились в мягком свете луны. Она не впечатляла размерами, но явно представляла опасность для юного адепта, решившего вступить с ней в сражение один на один.

Краем глаза отметив, что молодой заклинатель оказался в надёжных руках Цзе У Цзюня, он взмахнул пальцами, пуская струны в ход и те тут же опутали конечности твари, заставляя её завалиться вперёд, и она, словно спотыкаясь о невидимую стену, неуклюже повалилась вперёд, утробно рыча.

— Сражение с подобным существом вполне могло бы стать последним в вашей жизни, молодой господин, — сгибая пальцы и тем самым натягивая блестящие тонкие нити, сказал он, осуждающе качая головой, словно бы ничего и не случилось, — но на самом деле оно не желало вам зла. Вы просто потревожили её ночной покой. Что же привело вас сюда в столь поздний час?

0

5

Ожидаемого удара не последовало. Но свободный полет прекратился столь же резко, как и был отправлен в него тяжелой лапой, но очень мягко, а перед глазами мелькнуло что-то белое и длинное, в чем  мальчишка сразу же признал сяо главы ордена Лань - Ле Бин, и сразу же вскинул голову и удивленно воскликнул: “Дядя!”. О чем, разумеется, пожалел в тот же миг. Недавний удар головой о дерево отозвался пронзительной болью в затылке и золотыми искорками перед глазами, заставляя вцепиться здоровой левой рукой в Лань Хуаня, чтобы постыдно не свалиться, как девица от внезапного головокружения.
Подобный миг слабости, в котором мир кажется таким зыбким, а сознание становиться глухим ко всем окружающим его звукам, не продлился долго, и цепкий взор Юаня успевает заметить золотой всполох в окружении застывших в воздухе ярких, словно ворох звезд, огоньков. Легкое шорох и взмах руки и блеск струн опоясывающих тело монстра, так заворожили юного адепта, что он забыть успел, где находиться и в чьих надежных руках.

- Это… это же. - запинаясь начал было юный заклинатель с привычной ему наивной непосредственностью, все еще не отводя широко распахнутых глаз от струн в руках Гуаньяо. - Это же запрещённая техника ордена Лань. “Смертельные струны” созданные Лань И, первой и единственной девой ставшей главой ордена! Но как... откуда?

Но голос Хуаня выводит его из восхищенного оцепенения и тут же становиться жутко стыдно, что заставил волноваться. Кажется, это вообще последнее, что мог бы желать юный Лань Юань по отношению к себе. Внимание, любовь, поддержку, возможно даже заботу, но вот только не волнение и лишние хлопоты. Это то единственное, что стесняет, заставляет испытывать неприятные ощущения, которые ему еще не подвластны для понимания, но которые очень и очень не нравится испытывать.
- К-кажется нет.
[nick]Lan ZiShui[/nick][icon]http://s9.uploads.ru/O2tfH.jpg[/icon]
Но, не успел он ответить, как привычно добродушный голос главы ордена Цзинь, так же находившегося на поляне в лесу близ Облачных Глубин в столь позднее время, и о приезде которого Лань Юань даже не слыхивал, а ведь это была бы та еще новость: Ляньфан-цзунь прибывший в резиденцию клана Лань! - уже успел его выставить виноватым в этом его личностном провале. Юань обиженно и все еще по-детски поджимает губы и дует щеки, краснея как маков цвет от неловкости и замолкает. Понимает ведь, что действительно не углядел эту тварь. Отвлекся на музыку. Никак не ожидая встретить здесь сильного монстра, не первый же день в этих лесах гуляет. Но тут же взмахивает поднимает руки, точнее одну руку, так как правая отказывалась участвовать в происходящем без болезненной отдачи по всей руке; словно в защитном жесте и попытке остановить поток возможных домыслов старших на его Юаня счет. Возможной нерадивости и глупости из-за его возраста и юности.
- Лань-шушу, Ланьфан-цзунь, позвольте мне сначала объясниться! Я не беспокоил эту навку и не собирался вступать с ней в бой. Она появился буквально из неоткуда. Когда я уже отступал, она напала на меня и мне не оставалось ничего другого, как защищаться! Но...

Переводя с одного взрослого заклинателя на другого, малец не выдержал и таки задал вопрос, который так и крутился на языке, стоило лишь увидеть представителя чужого ордена на их территории, пусть и в компании главы его ордена. Среди ночи. Похоже еще и тайно! Это же до невыносимого как любопытно и интересно! Слишком внимательный, слишком прямолинейный и честный, и не научившийся обходить все то безумное количество правил, да так, что комар и носа не подточит. И до сих пор не понимающий - зачем лукавить, если можно сказать все в лоб? И почему взрослые все так сами себе усложняют, и другим тоже.

- Что вы тут делаете?

0

6

Навка рычала, силясь освободиться от спутавших её лапы золотых струн, её голова, зарывшаяся во влажную ночную траву, гасила касавшиеся матовой чешуи огоньки. Хрупкая магия разрушалась от неосторожных движений, рассеиваясь под ногами, но вдали от натянувшего поблёскивающие струны заклинателя и рвущейся навки трава ещё светилась, и маленькие искры света поднимались от неё вверх. Лань Си Чэнь тихо вздохнул, проследив взглядом за кружащим в воздухе облачком света, смешавшего серебро луны и золото солнца. В действительности, в них не было никакой особенной магии, лишь отклик, накопленный долго звучавшей мелодией Ле Бин, но Лань Хуаню было жаль их. Отчасти из-за того, что они могли понравиться юному А-Юаню, отчасти потому что он уважал естественность созданной красоты и не хотел бы, чтобы она была разрушена без должной причины.

Он молчал, слушая слова А-Юаня и А-Яо, ведь не было причин в мягкой тишине ночи смешивать с разговором вынужденный бой. Как и окроплять кровью навки эту поляну. Лань Си Чэнь придержал юного адепта за плечо, без слов говоря отложить разговор на пару минут, и перевёл взгляд на Лянь Фан Цзюня.

— Постой, — он шагнул вперёд, едва подсвеченные бледным светом одежды тихо прошуршали, ловя нескольких светлячков. В одной его руке оставалась Ле Бин, в другой — меч А-Юаня, и сейчас он, не отвлекаясь и не оборачиваясь, плавным движением убрал меч за пояс, рядом с ножнами Шуо Юэ. Цзинь Гуан Яо не двигался — просьбы Цзэ У Цзюня было довольно. Лань Си Чэнь остановился рядом с ним, через два шага, и поднял к губам сяо.

Чаще, встречаясь с монстрами, он брался за меч, не за флейту, но однажды чутьё сердца воина становится точнее и сильнее правил охоты. Он не хотел обнажать этой ночью меч, и у него не было причин спорить с собой. Звук, полившийся в прохладный воздух, был другим, не тем же, что звучал в прозрачной ночи, указывая дорогу вибрации струн. Он был гуще и ниже, его бархатная дрожь будила тени рыка в тёмном лесу, а высокий отзвук — отклики голосов.   Огоньки света, казалось, отзывались на голос Ле Бин, и сами, насыщаясь золотом света, воинственно приподнимались над травой. Навка упёрлась задними лапами, стремясь попятиться, и заклинатель ослабил золотые нити, позволяя существу, прижимая к земле голову и прикрывая глаза, попятиться в тень. В ней не хватало злобы, чтобы звук сяо стал командой к броску — значит, больше эта навка не решится приблизиться.

— А-Яо, я должен вернуться теперь в Облачные Глубины, — проговорил он негромко, когда Ле Бин стихла. — Мы разделимся здесь.

— Как скажешь, Цзэ У Цзюнь, — он склонил голову согласно, пряча золотистые струны.

Их короткий разговор, прежде чем они попрощались, был совсем тихим, и так же тихо Лянь Фан Цзюнь исчез в ночной темноте, предпочтя продолжить ночную охоту, не задерживаясь с Лань Хуанем, который теперь должен был заняться юным адептом.  Возвращаясь к А-Юаню, Си Чэнь улыбнулся, не спеша выпустить из рук Ле Бин, но вновь вытаскивая меч — чтобы протянуть его владельцу.

— Теперь можем поговорить. Я вижу, что твоя рука не слушается тебя. Скажи, есть ли ещё раны, — с этими словами он опустился на колено перед юношей, протягивая руки, чтобы осмотреть его плечо. — Та техника, что использовал Лянь Фан Цзюнь, действительно похожа на Смертельные струны, и всё же заметно отличается. Ты знаешь, в чём сила этой тайной техники?

Он улыбался чуть заметно и говорил так спокойно, будто они были на обычной тренировке. Адепт без сомнения нарушил правило, и не одно, отправившись в лес в одиночку, но неизбежное наказание по мнению Лань Хуаня совершенно не должно было быть связано с его гневом сейчас. Как минимум, он должен был узнать причины для этой опасной вылазки.

— Скажи, был ли ты один и как далеко отсюда встретил навку.

0


Вы здесь » nevermind » Бюро несбывшихся дел » Звук в ночи


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC